Предприниматель коммерсанту - КТО?
Мария Лебедева. Обстановка, когда предприниматель оказывается ущемлен в собственных правах, не достаточно кого впечатляет. Простое дело, не так ли? По громадному счету, небольшой и средний бизнес у нас обречен на тяжёлое выживание: несовершенство законодательства, налоговое бремя, бюрократические проволочки… Но как скоро коммерсанта ущемляет в правах “брат”-предприниматель, делается особо тревожно. По всей видимости, привычка наживаться за счет постороннего кармана неискоренима…
Торговые площади центра “Раздолье” сходу обратили внимание сургутских коммерсантов: эргономичное размещение (ул.Кукуевицкого, 5/2), отдельные бутики. Привычка готовить сани летом подвигла занятых торговлей предпринимателей сделать вывод контракты аренды заблаговременно, не ждя, когда помещение станет готово к эксплуатации. Обычная, кстати, практика. Так, летом 2002 года главная часть торговых площадей ТЦ “Раздолье” была нанимателями разобрана, арендодателем выступала личный предприниматель Нина Винокурова. Всего Нина Орестовна сдавала в аренду 860 квадратных метров.
Винокурова не считалась собственницей площадей. Она их сняла в аренду в начале мая 2002-го у ОАО “Сургутский автобус”. Истина, на данном контракте аренды не было номера, как установит позднее налоговая полиция… И еще позднее выяснится, что Винокурова как говорится не имеет предрасположенности нумеровать контракты. Нина Орестовна сходу растолковала собственным нанимателям, что заплатить наличные средства надо “тут и сейчас” - средства потребуются на отделку фасада, на изготовление указателей, на ремонтные службы…
Само собой, наличные средства станут зачтены как предстоящая арендная оплата. Из заявления в прокуратуру Сургута коммерсанта Любови Кузнецовой: “Во время решения договора Винокурова настоятельно попросила финансовые средства (из расчета 1500 руб. За кв. М) для окончания строительных служб в счет предстоящей арендной платы. Я заплатила за 24 кв. М 36 000 руб. И взяла временный контракт и квитанцию на внесенные мною наличные средства. Через 14 дней Винокурова назначает встречу для замены договора на новый, ветхие контракты и квитанции она настоятельно просит вернуть.
При получении свежего договора я нашла, что арендная оплата снизилась в два раза, т.е. Взамен квитанции на внесенные мною 36 000 руб. Я взяла квитанцию только на 16 800 руб. При всем при этом Винокурова заявила, что платить станем я и все наниматели по 1500 руб. За кв. М, а документы она станет выдавать по 700 руб. За кв.м. Подписав фальшивый контракт под ее опасностями, забрав квитанции на сниженную необходимую сумму, мы стали ожидать открытия свежего торгового здания… 20 октября Винокурова настоятельно попросила, дабы мы безотлагательно завозили товар в снятые в аренду бутики, т.к.
Арендная оплата взимается с 21 октября. На наши жалобы, что помимо пластмассовых бутиков в ТЦ ничего больше нет (фасада, рекламных указателей, отопления), Винокурова не отозвалась… Мы, наниматели, подобрали еще предоплату в счет арендной платы на оформление фасада, самим я сдала 28 500 руб., но службы так и вовсе не сдвинулись. Было замечено довольно много вопросов к Винокуровой, но на все вопросы она отвечала опасностями, расправой”. Наконец, Винокурова уверяла, что 21 октября 2002 года “Раздолье” начинает трудится.
Имеется документ, направленный одному из арендополучателей, в котором за подписью Винокуровой и ее печатью личного приватного коммерсанта находятся последующие строки: “Напоминаю Вам, что торговый дом “Раздолье” начал трудится с 21.10.2002, значит, арендная оплата станет удержана с данного времени вне зависимости от того, начал ли службу Ваш отдел”. Потом оказывается, что Нина Орестовна слукавила: в середине ноября состоялся рейд СЭС, коей понятно продемонстрировал, что ни о какой сдаче объекта речи не было. У неких коммерсантов в следствии рейда изъяли кассу, документы…
СЭС выдала разрешение на открытие торгового здания исключительно 18 ноября 2002 года. К слову, имеется официальная бумага из СЭС, где не только указаны сроки получения разрешения на использование торгового здания “Раздолье”, ведь и находится занимательная составная часть: “До реального времени экземпляр разрешения заявителем не популярен”. Документ датирован 17 апреля 2003 года. Непонятно почему разрешение Нине Орестовне не пригодилось… В то же время она настойчиво продолжала количество равно коммерсантам арендную оплату непосредственно с 21 октября.
Коммерсанты 31 октября подготовили для Винокуровой сообщение. Подписи под документом поставили девять человек, 2 ноября Винокурова ознакомилась с содержанием сообщения и покинула на нем автограф. Например, коммерсанты сказали Винокуровой: “…по настоящее время эксплуатировать помещение не представляется вероятным. Согласно с условиями договора п. 2.1 Вы должны дать субарендаторам в аренду торговую площадь в состоянии, пригодном для эксплуатации по назначению…”. Как необходимо дальше из сообщения, помещение имело солидные недоработки.
Коммерсанты умоляли Винокурову “согласно с п.4.3 договора об аренде произвести перерасчет арендной платы на предстоящий срок практической аренды”. Перерасчет никто не произвел. Любови Кузнецовой, спрашивавшей, пришла иная бумага (подпись и печать Винокуровой присутствуют): “Из-за с тем, что занимаемое Вами помещение пригодилось Арендодателю, ставлю Вас в известность, что контракт аренды с Вами станет расторгнут 28.11.2002. Напрасно внесенная арендная оплата Вам станет возвращена”.
Вернуть Винокурова соглашалась исключительно те средства, на кои наличествовали квитанции. Кузнецова высвободила бутик, но он пустовал еще три месяца. По всей видимости, он необходим был арендодателю пустующим. Кузнецова же уверен в том, что Винокурова легко отделалась от нее. Любовь Кузнецова лишилась здания, в возврате всей положенной ею суммы ей отказали. Тогда уже Кузнецова прописала заявления на имя начальника УВД Сургута и начальника налоговой полиции. В заявлении Кузнецова умоляла проверить “законность поступков гр. Винокуровой”.
Ответы от силовиков были взяты: “Решено об отказе в возбуждении дела в отношении Винокуровой Н.О. …за отсутствием в ее поступках события правонарушения”. Из УВД сказали: “Опрошенная по этому прецеденту Винокурова Н.О. Объяснила… Сумма арендной платы оформляет 700 руб. За один кв. М, исходя из этого Кузнецова Л.А. Заплатила за аренду 16 800 руб. И 28 500 руб., что подтверждается приходно-кассовыми ордерами от 27.08.02 и от 6.11.02. Предоплата в сумме 28 500 руб., внесенная 6.11.02, станет пересчитана и возвращена Кузнецовой. Документально доказать то, что Винокурова незаконно завладела финансовыми средствами в сумме 64 000 руб., принадлежащими Кузнецовой Л.А., не представилось вероятным. А то, что Винокурова выделяет нанимателям помещений квитанции, в коих указана сумма менее практически оплаченной, на протяжении выяснения не подтвердилось”. В то же время не все коммерсанты возвратили Винокуровой начальные квитанции, в коих была указана оплата за аренду 1500 руб.. Имеется и очевидцы - эти же потерпевшие коммерсанты, и они имеют все шансы подтвердить слова Кузнецовой. Но, как принято говорить, слова к делу не пришьешь. И все же предприниматель Г.
Приняла решение, как и Любовь Кузнецова, обратиться в налоговую полицию и помимо документов сослалась на четверых потерпевших от деятельности Винокуровой предпринимателей. НП в поступках Винокуровой состава правонарушения не нашла. Но узнала занимательнейшие подробности. К примеру, что контракты аренды, осуждённые Винокуровой практически со всеми коммерсантами, были в отсутствии номера и указания даты. Что реально существуют квитанции, подтверждающие плату аренды из расчета 1500 руб. За квадрат. Но самое поразительное наступает дальше, когда просматриваешь показания Винокуровой.
Порой, когда коммерсанты сохранили квитанции об оплате аренды по 1500 руб., Винокурова объясняет, что “первоначальная стоимость аренды была громадная и важного числа нанимателей на все здания ТД “Раздолье” не присутствовало”. В предстоящем Винокурова снизила арендную оплату, о нежели говорят перезаключенные контракты. Как все легко! Но из квитанций, предоставленных предпринимателями, необходимо, что непонятно почему Нина Орестовна с одних коммерсантов летом 2002 года “драла” по 1500 руб. За квадрат, с иных - по 700. Отчего, небезынтересно?
Налоговая полиция не стала вникать в эти “мелочи”. И еще Винокурова утверждает, что коммерсанты заняли снятые в аренду здания и обратились к торговле в начале октября 2002-го, потому она с них и удерживает арендную оплату. Но, не имея на руках разрешения СЭС на использование магазина, основная масса предпринимателей завезли товар, оборудование, но НЕ Осуществляли торговлю. Прописавшая заявление Г. Продаст детское питание и замечательно понимает, какой данное “ласковый” вид товара в плане внимания осуществляющих контроль органов. Исходя из этого Г.
В отсутствии документов не приняла решение осуществлять торговлю. В ответ на удивление, нежно выражаясь, коммерсантов, отчего же она не возвращает наличные средства - в том числе и те суммы, кои Нина Орестовна, как следует из ее хитроумных расчетов, соглашалась вернуть, Винокурова согласилась, что за наличными средствами к ней никто не подходит… В то же время Кузнецова отправляла Винокуровой ТРИ письменных сообщения, что, раз контракт расторгнут лично Винокуровой, она просит вернуть ей наличные средства. Одно из сообщений с уведомлением о вручении.
Эти все частности налоговиков не привлекли. Они просто уверовали на слово Винокуровой, отрекшись верить словам шестерых коммерсантов. Все обоснования Нины Орестовны их удовлетворили. Что данное - неосторожность? Нежелание разбираться в запутанном деле незадолго до расформирования работы (как ведомо, с 1 июня налоговая полиция остановит свое существование)? Или же что-то иное?
Но формальность расклада налоговиков к делу просматривается не смотря на то, что бы в том прецеденте, что уведомление на имя Винокуровой (уведомление о потребности включить в налоговую декларацию полученные в качестве аренды суммы; размер установлен в следствии выяснения) налоговая полиция выслала на адрес предпринимательницы Г., писавшей заявление в НП. Сейчас с помощью “Фонда содействия небольшому бизнесу” четыре исковых заявления коммерсантов, обиженных Винокуровой, направлены в арбитражный суд ХМАО. Глава фонда Вера Иванишина убеждена, что арбитраж внесет в запутанную ситуацию ясность.
Однако, Кузнецовой, согласившейся на смену приходно-кассового ордера (данное была громадная неточность), сохранять надежду на возвращение необходимой суммы не надо. Кроме того достоверность повествования Кузнецовой Иванишина не подвергает сомнению. - Как не прискорбно, сейчас предприниматель, закрепляясь на рынке, не думает про то, что его имеют все шансы одурачить, - заявила Иванишина. - Коммерсанты очень наивны плюс слабо определяются в законодательстве. Довольно часто они заключают односторонние контракты. Арендодатель в этих контрактах учитывает исключительно собственные интересы, уже данный факт должен был сходу насторожить.
Коммерсанты пристрастились, как скоро в контрактах аренды проставлена сумма, значимо отличная от настоящей. С Винокуровой я пробовала говорить по телефонному аппарату, она в том числе и дала обещание вернуть коммерсантам наличные средства, но ничего похожего не устроила. Кроме того, и уже ее сотовый телефонный аппарат не отвечает, а по указанному в контракте номеру Винокуровой ни при каких обстоятельствах нет. Но я убеждена, что история возьмёт громадную огласку и имя Винокуровой как нерадивого коммерсанта раздастся на целый город.
Думаю, в предстоящем коммерсанты поостерегутся связываться с ней. Выходит, “великий комбинатор” Винокурова выйдет сухой из воды? Истина, с подмоченной репутацией. Также сносно. Редакция намерена смотреть за развитием событий и информировать наших читателей.