Как он складывается? Сейчас данный вопрос задают себе почти все зодчие Новосибирска. Задает его себе и Геннадий Николаевич Туманик. Он - узнаваемый архитектор, учитель кафедры градостроительства Новосибирской казенной архитектурно-художественной академии, доктор наук, член градостроительного совета мэрии.
Туманик в далеком прошлом живет и трудится в Новосибирске, довольно много лет дал наибольшему проектному университету “Новосибгражданпроект”, протянул и период глобального строительства многоэтажек, когда от зодчего требовалась исключительно привязка плана к территории; период отказа от личного строительства, от всех так называемых архитектурных излишеств. И тут и уже, когда сохранились сзади годы заставленного бездействия, стал очевидцем архитектурного бума в градостроении. Как грибы в последствии ливня вырастают по центру высотные здания, один другого красивее. 10-12-16 этажей, удовлетворяющие всем европейским стереотипам и по зодчеству, и по качеству. Так отчего же “болит душа” у Туманика?
Что тревожит зодчего, участвующего в исследованию множества градостроительных объектов, в том количестве этого крупномасштабного, как проект детальной распланировки центра? Замыслу данному сейчас ни довольно много ни не достаточно тридцать с избыточным лет. Тогда уже к его исследованию были привлечены гораздо лучшие архитектурные силы Новосибирска: Б.А. Жеребятьев, А.А. Воловик, В.М. Галямов, Е.С. Нестеренок и многие другие знакомую эксперты, в том количестве и Геннадий Николаевич, чей вклад в развитие мегаполиса несомненен.
Сейчас почти все положения замысла, несомненно, стали неактуальными, настоятельно просят исправления. Но альтернативы ему все еще нет. В плане тридцатилетней давности ставилась основная цель: не разламывать уже образовавшийся образ мегаполиса, а совершенствовать его, сохранить историческую преемственность в свежей застройке. В то же время сейчас Новосибирск, в том количестве и центр, по точке зрения Геннадия Туманика, застраивается неожиданно, беспорядочно. Новосибирск - город юный. Тем громадная ответственность лежит на зодчем, чьей волей, умом и талантом он превращается. Промахи нежелательны.
Промахи в зодчеству довольствуются совсем дорогой стоимостью. Исправить их маловероятно. Статья видного новосибирского зодчего носит дискуссионный темперамент. Геннадий Николаевич огласил свою позицию на сегодняшнюю обстановку в зодчеству и градостроительстве Новосибирска. Возможно, на данный счет имеется и другие мнения, другие оценки. Пишите, мы готовы познакомить с ними читателей “Вечерки”. Светлана ГРАЧЕВА, достойный работник культуры. Не преступить страшную линии. Геннадий ТУМАНИК. Преемственность в формировании центра Новосибирска обязана сохраняться.
Гармоничное развитие мегаполиса, формирование полноценной муниципальный среды не имеют возможности происходить сами по себе. В то же время обозначившиеся направленности саморазвития подошли к той страшной линии, за коей начинается полный хаос. Но даже это уже имеет место быть в веренице неоспоримых градостроительных промахов и упущений. Сносится многолетнее преемственное развитие Новосибирска, закрываются возможности для формирования его целостного композиционно-пространственного возведения.
В условиях города, каким стал Новосибирск, принципиальную роль играются высотные составляющие застройки. Они исполняют не только художественную задачу, создавая силуэт городских районов и мегаполиса в общем, они несут некую информационную нагрузку, помогают необычными ориентирами. Роль этих ориентиров в российском мегаполисе вдоль веков исполняли, в большинстве случаев, бессчётные церкви, колокольни, башни монастырей и кремлевских ансамблей.
Их варварское разрушение в первых числах минувшего века быстро снизило уровень архитектурно-пространственной организации ветхих мегаполисов, отнять у них индивидуальности. Особо катастрофично смотрелся данный процесс из-за с дальнейшей многоэтажной глобальной индустриальной жилой и публичной застройкой, в том количестве и в центральных территориях больших мегаполисов. Лучшим хрестоматийным случаем аналогичной деградации считается трансформация панорамы предвоенной Столицы. Масштабы утрат уже тогда уже принимались как национальная общекультурная катастрофа.
Не ненароком была предпринята попытка вернуть, как данное было вероятным, характерные черты контура ветхой Столицы. В центральной части были возведены высотные помещения с ясным контуром. Сейчас уже нереально представить город Москву в отсутствии данных семи высоток, выстроенных полвека назад. Центральную часть С-Петербурга, к превеликой радости, получилось сохранить. Шпиль Адмиралтейства, шпиль собора Петропавловской прочности, Исаакиевский собор продолжают и сейчас, как и довольно много лет назад, энергично трудится в панораме мегаполиса. Что имеем - не сохраняем. У Новосибирска не настолько старая история. Ему всего 100 с маленьким лет.
Но что-нибудь так было выстроено и сохранилось. Сохранилась возведенная на пределе XIX-XX веков Александро-Невская церковь. В окружении малоэтажной застройки она пару месяцев хранила свое активное звучание. Но последующее строительство на площади Свердлова, а особо свежего корпуса соседствующего лечебного учреждения (70-е годы ХХ века), в значительной мере понизили данное звучание. В 1909-1912 годах минувшего столетия в одноэтажном Новониколаевске по планам выдающегося зодчего А. Д.
Крячкова были выстроены помещения, кои и сейчас считаются украшением мегаполиса. Громадная их часть сосредоточена по центру: дом Госучреждений (и уже - Архитектурно-художественная академия), Государственный банк, Госторг (сейчас - консерватория), настоящее училище (областная детская поликлиника), средние учебные заведения, стоквартирный дом на площади Свердлова… Эти все помещения решали и решают не только общественные задачи, ведь и энергично действуют на совершенствование архитектурно-пространственных, силуэтных чертей рядовой муниципальный застройки.
Исследователь ситуации градостроительства Новосибирска 1893-1945 годов С. Н. Баландин писал о школах, выстроенных по планам Крячкова: “…со собственными красивыми контурами, броским цветовым (красно-белым) строем, наиболее большим, если сравнивать с преобладающей муниципальный одноэтажной древесной застройкой, масштабом, контрастно отличались в общей панораме мегаполиса, завлекая к себе внимание. Они придавали некое стилевое единство муниципальный зодчеству, еще не имеющей стабильных обыкновений”. Сейчас о стилевом единстве позабыто.
Вдоль долгого времени в панораме мегаполиса энергичную роль игралось здание Театра оперы и балета. Еще полтора-два десятка лет назад сохранялся контраст огромной глыбы театра по отношению к прилегающей малоэтажной застройке в регионе улиц Серебренниковской и Каменской. Данный контраст было принято решение сохранить. Но в дальнейшие годы не только уплотнялась застройка кварталов меж улицами Каменской и Серебренниковской, ведь и конкретно по соседству со домом театра.
Стоит отметить выросший на свежем воздухе Депутатской башенный количество уничтожил преемственность в формировании комплекса площади Ленина. Театр потерял собственную господствующую высоту. Иной пример. Еще в 60-е годы минувшего столетия делались предложения по размещению высотной отеля (наиболее 20 этажей) в ансамбле домов у прежнего Здания книги. На тот момент хватило благоразумия категорически отказаться от данной мысли. Высотная гостиница отыскала себе хорошее место в комплексе площади Гарина-Михайловского. В левобережной части первые высотные помещения ожидалось возвести в регионе водонапорной башни.
Непосредственно в регионе “Башни” начали строить первую тут высотную гостиницу как составляющую формируемого ансамбля площади Маркса. В скором времени службы были прекращены, здание “законсервировали”. И исключительно в данный момент, спустя двадцать с избыточным лет, дело, может показаться на первый взгляд, сдвинулось с мертвой точки. Что дальше? Первый раз стратегические задачи формирования городских панорам, в том количестве его центральной части, были поставлены в 70-х годах минувшего столетия.
Программным документом, наметившим систему высотного решения застройки центра, явился проект его детальной распланировки. Служба охватывала площадь в 2,5 тыс. Гектаров. Обнаружилась, в конце концов, возможность проанализировать и выявить основные места под строительство тут грядущих высотных построек. Принципиальнейшей задачей плана стало планировочное и композиционно-пространственное построение центра большого сибирского мегаполиса, расположенного на берегах большой речки. Непосредственно центр в основном, нежели некоторые другие составляющие мегаполиса, гарантирует преемственность в градостроении.
Но сейчас процесс реконструкции центральной части мегаполиса случается, как не прискорбно, неожиданно. Вот в историческом квартале по улице Коммунистической возросло новое высотное здание. Ведомо, что каждые фрагментарные исследования станут логичны и застрахованы от градостроительных просчетов, в случае если они полагаются на неспециализированные решения и развивают их. При таком варианте мы имеем обычный, а правильнее сообщить, уже с учетом результатов данного строительства, чрезвычайный случай прямого нарушения градостроительной выдержки.
По плану детальной распланировки центра особенную важность получала ось Красный проспект - улица Кирова. Непосредственно данную ось предполагалось усилить разными средствами архитектурно-пространственной композиции, в том количестве высотными составляющими застройки. Проходила данная ось по водораздельным отметкам рельефа. Фрагмент южной части Красного проспекта от улицы Горького до ЖД путепровода сохранялся почти что в отсутствии перемен.
Этот участок основной улицы сочен более занимательными и полезными монументами зодчества и ситуации, и активное вторжение прогрессивной застройки имело возможность бы исключительно навредить. Еще бы, проект детальной распланировки центра Новосибирска, о котором идет обращение, настоятельно просит исправления, во многом он стал неактуальным. Но главные его положения не утратили собственного ценности, они важны и сейчас.